Минимум того, что нужно знать о Стокгольме и Швеции.

Стокгольм – это изящная арабеска на земном шаре. Впечатление такое, что какой-то Небесный Художник взял самую-пресамую тоненькую колонковую кисточку и легкими, четкими линиями прорисовал силуэт города на фоне неба.

Оказывается женский Спасо-Воротниковский монастырь стоит на макушке, хотела написать холма, но это будет неверно — кургана, который находится в пойме Угры.

Мы были жарким июльским днём и поэтому в полной мере оценили прохладную благодать тени густого леса, окружающего родник.Рядом палатка с хлебом и выпечкой.

Меньше всего, когда въезжаешь в ничем непримечательное, самого обычного российского вида село на дороге, ожидаешь увидеть … - Голубое Чудо.

Тарасов Евгений Александрович – он же хозяин, он же автор деревянных скульптур, он же врач, психолог и психотерапевт высшей категории. Выглядит так – здоровый мужик с бородой и энергичными глазами. Мы приехали с утра, поэтому на веранде домика гостей кроме нас ещё не было. Хозяин тут же предложил нам (и всем туристам игру).

Мы потопали по сухому сосновому бору, день уже раскалялся, сосны благоухали немыслимо. Просто идти – уже блаженство. Под соснами аметистово переливались в солнечном свете пышные кусты высокой травы с нежно-розовыми метелками. Это была моя вторая влюбленность, после голубого букашника. У травы оказалось смешное название – вейник.

Куршская Коса – это безумная природная красота. С чем, кстати, активно, борются многие наши граждане. Висит табличка «Люди, берегите дюны! Не ходите, не топчите». Ещё чего.

Так, пошли вовнутрь замка и обалдели… Степень разрушенности «замка» – 90%, внутри сохранившихся комнат – груды мусора, битого кирпича, какого-то тряпья. Целых помещений вообще нет – либо отсутствует стена, либо выбиты окна. Мы поднялись по ветхой и довольно-таки опасной лестнице наверх. Не хотелось ухнуть вниз вместе с прогнившей половой доской. Смотреть, по сути, не на что. Вросшие деревья корнями выворачивают кирпичи на остатках стен. Не сохранилось почти ничего. Ничего. Всё порушено.

Этот городок – точно одно из очень ярких впечатлений. Открытие. Такого не бывает! Совершенно старинные древние домишки! В некоторых уже сгнили крыши, в некоторых стоят герани на подоконниках. Мы блуждали по городку совсем спонтанно как ветер. И нас занесло на совершенно нереальную улицу. Была бы режиссером, установила бы тут камеру и снимала – зачем тратиться на декорации, когда здесь настоящая подлинная атмосфера нескольких веков назад, почти Средневековья. Гердауен – это не «аутентично-туристический» город, а непонятно каким образом дошедший до 21-го века век 14-18й. Если жителей Гердауена переодеть в старинные костюмы, то вообще исчезнет эта невидимая временная условная перегородка.

Зеленоградск. Прибрежный ресторан. Подходят разнаряженные женщины. Чинно усаживаются за столик. Ведут светские беседы. Вдруг одна из них замечает в променадной толпе знакомую и кричит тоненьким культурным голоском: «Людмила Николаевна, Людмила Николаевна, мы здесь. Идите сюда». Через несколько минут снова: «Людмила Николаевна, ну идите же, мы вам место заняли». Потом, не выдержав, гаркает: «Николавна, хренли не идёшь. Двигай сюда давай быстрее». (:))

Давидова пустынь оставила огромное впечатление. Это очень неоднозначное место в плане истории (современной), но однозначно – хорошее. Почему я так странно пишу? Потому что в мыслях активно не соглашаюсь с массой откликов: «религией и верой не пахнет», «не то место, где хочется открыть душу», «усыпальница братков». Да, действительно, в настоящее время – Вознесенская Давидова Пустынь – одна из самых отлично отреставрированных и отлично восстановленных обителей. Да, действительно, на её территории есть некрополь, где нашли упокоение наши современники. И, действительно, у них роскошные памятники. И, возможно, их профессиональная деятельность далека от идеальной.

Начну с дороги. Когда мы подъезжали к селу Талеж – раскинувшийся перед нами ландшафт поразил. Он был непросто красив – а изысканно красив. Здесь крайне живописное сочетание оттенков зеленых травы и леса: яркого-молодого и тёмного-сочного, а также гармоничное сочетание рельефов земли – просторных вольных высоких лугов и оврагов. Тот, кто рисовал на земле Талеж – смешал здесь захлёбывающуюся русскость и аристократизм….

Весна в Мелихове. «Лучшее время у нас – конец апреля и май, когда распускаются леса». «Вчера весь день сияло солнце; было тепло. Утром я пошел в поле, с которого уже сошел снег, и полчаса провел в отличном настроении: изумительно хорошо. Озимь уже зеленая, а в лесу травка». «У нас весна, сбор всех гостей. Шум. Скворцы наслаждаются семейной жизнью и поют гимн природе». «Погода у нас роскошная. Жарко, зелено, поют соловьи; вишни и яблони в полном цвету». «...Да, в деревне теперь хорошо: не только хорошо, но даже изумительно. Весна настоящая, деревья распускаются, жарко. Поют соловьи и кричат на разные голоса лягушки. У меня ни гроша, но я рассуждаю так: богат не тот, у кого много денег, а тот, кто имеет средства жить теперь в роскошной обстановке, какую дает ранняя весна». Из «Папашиного дневника»: «Девчонки принесли ландыши из лесу», «Пиона расцвелась».

Наверное, не открою секрет, если скажу, что в Мелихово надо приезжать либо весной – чтобы цвели вишни и сирень, или летом – чтобы любоваться цветами и плодами. Мы были в конце июля, в прекрасный солнечный день, и до сих пор перед глазами стоят разноцветное цветочное ароматное великолепие: розы, лилии, флоксы, астильбы, солнечные подсолнухи, и т.д., бушующий огород «Юг Франции»: мощные перцы, капустные головы, тыквы, огурцы и т.д., клумба «Аптекарский огород»: расторопша, валериана, календула, полынь и т.д.